КОГДА БИЗНЕС НАС НАКОРМИТ?

Проблемы создания градообразующих предприятий для моногорода

Нечто более худшее, чем голодная смерть. Действующее российское законодательство и политическая наука, хоть это и странно, не содержат развернутого определения такого понятия, как градообразующее предприятие. И тем не менее этот феномен реально существует и весьма ощутимо влияет на нашу жизнь. Для большей простоты будем пользоваться кратким пояснением из Постановления Правительства РФ "О порядке отнесения предприятий к градообразующим и особенностям продажи предприятий - должников, являющихся градообразующими" от 29 августа 1994 г. N 1001, согласно которому к градообразующим относятся предприятия, у которых:

  • численность работающих составляет 30% от общего числа работающего населения населенного пункта;
  • состоят на балансе объекты социально-коммунальной сферы и инженерной инфраструктуры, обслуживающих не менее 30% численности населения населенного пункта.

В переводе с юридического языка на общечеловеческий это означает, что градообразующее предприятие - это крупный завод (фабрика) в маленьком городе, называемом монопрофильным или, для краткости, моногородом. Завод дает рабочие места чуть ли не трети местных жителей, кормит и содержит моногород, способствует развитию этого населенного пункта. Если градообразующее предприятие обанкротится, то следом за ним погибает и моногород, превращающийся в депрессивную зону. А депрессивная зона - это беспроглядная нищета, пьянство, бомжевание, криминальный беспредел и полное отсутствие надежд на улучшения.

Отсюда нетрудно сделать вывод: если моногород располагает градообразующим предприятием, то местные жители обязаны сделать что угодно, лишь бы спасти завод-кормилец. Иначе впереди ждет нечто более худшее, чем голодная смерть: ждет вырождение и полная утрата человеческого облика.

Это называется политикой "сброса". Моногорода Урала берут свое начало в эпоху сталинской индустриализации, мобилизационная политика которой предполагала форсированное и целенаправленное создание новой промышленной зоны на востоке европейской части страны в виде многоотраслевой агломерации. Индустриальный центр стремительно превращался в высокоурбанизированную территорию: с 1926 по 1939 гг. общая численность населения Урала выросла с 9,5 до 12,4 млн. человек при увеличении доли городского населения с 14% до 45% (1). Неудивительно, что промышленный город с этого момента стал определять уклад жизни и хозяйства во всем регионе, что выразилось, в том числе, и строгую территориальную привязку моногорода к промышленному предприятию. Каждый молодой социалистический город понимался как пролетарский центр. Так, в Постановлении СНК РСФСР "О строительстве Магнитогорского комбината и поселка при нем" (ноябрь 1929 г.) сказано, что Магнитогорск - это "чисто пролетарский город, полностью связанный с работой Металлургического комбината" (2).

Концепция "пролетарских городов" позволила добиться высокой эффективности хозяйства как комплексной системы благодаря возложению на градообразующие предприятия ответственности за распоряжение социальными выплатами и управление социальной сферой. Можно сказать, что предприятия делились обязанностями с госорганами соцобеспечения, профсоюзами и местными органами власти. Каждый из названных субъектов играл свою роль в обеспечении населения определенными социальными благами, однако основная доля ответственности (и соответственно расходов по социальному финансированию) ложилась на заводы, фонды которых специально наращивались, чтобы снизить нагрузку на государственные структуры. По этому поводу эксперт в области исторической динамики моногородов В. Михалев сообщает:

"Средства центральных и местных бюджетов, направлявшиеся на социальные нужды, были совершенно недостаточны, тогда как развитие промышленного производства всегда получало приоритетное финансирование. Соответствующим отраслевым министерствам и подчиненным им промышленным предприятиям было значительно легче выделить необходимые материальные ресурсы на обеспечение социальных потребностей своих работников и жителей окружающих территорий" (3).

Вот почему советское градообразующее предприятие изначально закладывалось не как экономическая единица, преследующая цель получения прибыли, но как социальный организм (4). Именно поэтому советские заводы "внезапно и вдруг" оказались якобы нерентабельными в условиях периферического капитализма современной России: ведь наши предприятия создавались, чтобы объединять тысячи людей в сложную социальную структуру, конструировавшую формат повседневной реальности как для своих работников, так и для всех жителей моногорода.

Либеральные реформы до основания разрушили каркас функциональности бывших советских предприятий. Это называется политикой "сброса": приватизаторы госсобственности сбросили с себя финансовую и управленческую ответственность за социальную сферу, переложив заботы о людях на государство, совершенно к этому не приспособленное и вдобавок ослабленное "рыночными" преобразованиями. Политика "сброса" предусматривала лишь один вариант отделения социальных благ от рабочего места - передачу социальной сферы муниципалитетам (так называемая "муниципализация" ответственности)(5). "Как и по многим направлениям реформы, воплощалась одна схема - без обсуждения альтернатив: все усилия были направлены на то, чтобы разрушить старую систему" (6).

В Пермском крае насчитывается 16 моногородов. Естественно, проблема поддержки и развития моногородов со временем стала лишь острее. Всего на территории нашей страны до сих пор существуют около 1000 городов и поселков городского типа, которые можно отнести к монопрофильным. В этих поселениях проживает 1/4 всего городского населения России (7). Урал и прилегающие сибирские земли наиболее богаты на данный тип населенных пунктов. В одном только Пермском крае насчитывается 16 моногородов, включая и Горнозаводск, о котором в основном пойдет речь в статье. Это столько же, сколько в Ленинградской и Челябинской областях (по отдельности). Трудно назвать область, где число моногородов оказалось бы выше. К таковым относятся лишь Свердловская (32 города), Тюменская (19 городов) и Нижегородская области (17 городов) (8).

Анализ ситуации в монопрофильных городах, выполненный научными сотрудниками Юргинского технологического института ТПУ (9), выявил следующие болевые точки данного типа поселений:

  • фактическая безработица значительно превышает официальную;
  • совокупный уровень безработицы выше, чем в среднем по России;
  • возможности трудоустройства ограничены, что приводит к высокой доле безработных с продолжительностью безработицы от 6 месяцев и выше;
  • в структуре безработных преобладает молодежь;
  • растет численность населения с доходами на уровне и ниже минимального потребительского минимума.

Если подходить к проблеме формально, то топ-менеджмент на градообразующих предприятиях теоретически способен исправить ситуацию в лучшую сторону. Но почему же этого не происходит? Причина очевидна: в большинстве случаев заводская администрация предпочитает непродуктивную схему взаимодействия с обществом, отвечающую потребностям высшего руководства в политической экспансии. Иными словами, многим директорам некогда заниматься нуждами родного города, поскольку таких руководителей более пленяют сладостные перспективы "хождения во власть".

Захватить ключевые посты в местной администрации. Активная политическая экспансия градообразующих предприятий в моногородах стала закономерностью для быта пореформенной России. Главным образом грешат подобным предприятия из отраслей металлургии, машиностроения или химии, поскольку они первично были тесно интегрированы с городским хозяйством (в отличие от нефтяников, например). А кроме того, именно эти предприятия, как наиболее важные для страны, божьей и путинской помощью преодолели период восстановления 2000-2005 гг., перетянув на себя одеяло с менее удачливых предприятий легкой и пищевой промышленности (10).

Поставьте себя на месте Путина: если требуется создать благоприятные экономические условия для двух заводов - консервного и металлургического, - то который выберите вы? Разумеется, металлургический. А консервированный горошек будем пока закупать "у соседа". Между прочим, примерно так обстояли дела и на Пашийском металлургическо-цементном заводе (Пермский край), бывшем монопольном производителе титаномедистого чугуна.

Руководство монополистов вроде ПМЦЗ воспользовалось путинской стабилизацией и посыпавшимися на них привилегиями, которых не дополучили легкая и пищевая промышленность. Эти "наномонополисты" местного разлива надежно срослись с чиновничеством, вошли во власть, освоили не столь обширные, но все же внушительные государственные ресурсы, которые Путин с радостью расточал "на развитие", а как оказалось - на обогащение кучки новых директоров, формирующих и перекраивающих деловую элиту моногородов. Надо отдать должное директорату градообразующих предприятий: боссы не только пополняли банковские счета, но и накапливали потенциал для расширенного политического участия.

Политолог, кандидат наук О.А. Рябова констатирует следующую тенденцию в политической экспансии градообразующих предприятий: "Как правило, на локальном уровне первоначально устанавливается контроль над представительным органом местного самоуправления, затем предпринимаются попытки поставить своих представителей во главе исполнительной ветви власти" (11). Иными словами, первый удар топ-менеджмента обрушивается на мэрию, потому что главная задача градообразующего предприятия как политического актора (или агрессора?) состоит в том, чтобы захватить ключевые посты в местной администрации.

Нельзя сказать, будто местное население не пытается сопротивляться подобному насилию. Многочисленные наблюдения показывают, что ответом жителей моногорода на агрессию топ-менеджмента становится формирование "муниципальной группировки", выступающей основным политическим оппонентом градообразующего предприятия и накачивающей потенциал конкурентной среды в моногороде. Накачка потенциала всегда и только осуществляется за счет народных симпатий и антипатий. Нашего с вами шевеления, то есть. "Муниципальная группировка" обретает силу сопротивляться экспансии бизнес-актора лишь в случае отторжения населением как самих топ-менеджеров, так и их непомерных претензий. Если народ молчаливо соглашается с нахальством директората, то должного сопротивления оказать не удается.

Люди стремились перейти на сторону экономической оппозиции. Аттрактором и движителем "муниципальной группировки" нередко оказываются различные общественные объединения (организации, движения) - некоммерческие структуры, которые не оформляются в виде политической партии, а потому совершенно не ангажированы, но реально выражают интересы определенных слоев местного населения. Чаще всего наиболее активных слоев, готовых энергично поддержать пиаровские акции аттрактора, нацеленные против менеджера-узурпатора - митинги, пикеты, шествия, публичные выступления, общедоступные лекции, интернет-проекты.

Дирекция градообразующего предприятия обладает небогатым выбором стратегий для выстраивания отношений с органами местного самоуправления и "муниципальной группировкой". Очевидно, каждой из стратей соответствует определенная схема социального поведения. О.А. Рябова называет такие схемы моделями - "моделью поглощения" и "конвенциональной моделью". Чаще всего срабатывает модель поглощения. Она хорошо заметна в моногородах Александровск, Нытва, Губаха Верхняя Пышма, Верхняя Салда, Новоуральск, Горнозаводск (точнее в агломерации Горнозаводск-Пашия). Конвенциональная модель более или менее ярко проявила себя лишь в пределах городов Лысьвы и Ревды.

Стратегия поглощения состоит в попытках монополизации процессов местного самоуправления со стороны руководства градообразующего предприятия, в результате чего исполнительная власть и представительные органы пополняются ставленниками дирекции завода. Строго говоря, именно подобная агрессия топ-менеджмента провоцирует ответную активность "муниципальной группировки", создавая стимул для формирования внутри нее некоторого аттрактора, которого прежде не было.

В частности, Региональное общественное движение "Горнозаводское направление" сложилось как раз в качестве бурной ответной реакции на экспансию администрации ПМЦЗ. "Муниципальная группировка" в Горнозаводске и Пашии существовала уже почти 2 года на момент рождения РОД "Горнозаводское направление". В том числе за год до регистрации РОД, а точнее 7 марта 2010 г., эта группировка провела в Пашии митинг против политики заводской администрации, упрочнение позиций которой в местных органах власти стало очевидным. Поскольку директор завода продолжил свою экспансию на фоне финансирования банкротства, борьба местных жителей приняла более упорядоченные формы, а именно - заставила людей объединиться в общественное движение.

Ничего противоестественного в подобном развитии событий нет, поскольку именно так протекает взаимодействие народа с "наномонополистами" по всем малым, монопрофильным городам России.

Разумеется, менеджер-узурпатор планирует политический успех, который понимает как начало массовых репрессий. Массовая безработица, увольнения, гонения - вот неполный перечень из традиционной программы директора-победителя. Интересно, что прежде преследуемые люди не имели ничего общего с "муниципальной группировкой", возможно, даже не знали об аттракторе. То есть перед нами вовсе не наказание "провинившихся", а просто массовое удаление "лишних" людей, которые не вписались в "наполеоновские планы" менеджера-узурпатора.

Это - строгая закономерность, выявленная отечественными учеными. И эта закономерность показывает: если сейчас спрячешься из-за боязни, что потом директор тебя покарает за недовольство, то ты ошибаешься. Директор станет карать всех подряд в любом случае, стоит ему ощутить абсолютную власть. Именно в момент монополизации мэрий отмечались массовые пополнения рядов "муниципальной группировки". Люди, подвергшиеся репрессиям, наконец-то понимали, что игра в прятки не принесла спасения, а потому стремились перейти на сторону экономической оппозиции.

Новое поколение градообразующих предприятий. Сказанное нельзя понимать так, словно в новых условиях городам придется обходиться вовсе без заводов, дабы избежать "войны всех против всех". На самом деле градообразующие предприятия нужны как никогда, но "муниципальная группировка" обязана обеспечить баланс сил в политической среде моногорода. На сегодняшний день в городах Урала сложилась порочная схема взаимодействия политических акторов: ресурсообеспеченный актор - завод и его соперник в лице "муниципальной группировки". Вот эту схему надо ломать путем дружественного взаимодействия аттрактора с теми хозяйствующими субъектами, которые готовы стать акторами местного политического процесса.

Сцепка актор-аттрактор обеспечит стабильную и спокойную работу экономически важным предприятиям, способным гарантировать устойчивость и благополучие в населенном пункте благодаря своей позиции в социальной и политической жизни города.Иными словами, "муниципальная группировка" должна бороться с узурпаторами, но в то же время создавать благоприятную среду для социально ответственного бизнеса, капитаны которого получат "зеленый свет" в политические акторы и создадут новое поколение градообразующих предприятий, преобразующих в итоге лицо района.

Мало того. Подобное отношение аттрактора к бизнесу не только способствует развитию района, но и создает мощные заслоны на пути новых узурпаторов. Конвенциональная "стратегия более вероятно в городах с двумя и более градообразующими предприятиями, поскольку в таком случае на политической сцене присутствует большое число игроков" (12). Если аттрактор добьется организации многополюсного хозяйства, равновесные тенденции погасят центростремительные процессы и придадут цивильность местному политическому дискурсу.

Нужно ожидать, что наличие двух и более градообразующих предприятий делает политическую жизнь моногорода более гибкой, а экономическую жизнь - более стабильной.

"Конвенциональная модель" в конце концов сформирует на территории района тип сознательного собственника, который идет во власть не ради вытеснения "конкурентов", а ради создания многополюсной системы, конструктивный диалог в рамках которой позволит . Вспомним: в советское время директора предприятий занимали важные посты в КПСС, чем обеспечивался баланс общественных сил. Именно благодаря такому балансу СССР просуществовал дольше, чем мог бы: не будь равновесия - и далекие от экономики демагоги-аппаратчики (вроде горбачевской команды) развалили бы страну гораздо раньше, а значит, с более тяжелыми последствиями.

В нынешних условиях тотальной коррупции заводу выгодно иметь своих представителей (лобби) во властных структурах ради защиты своих экономических интересов. И если предприятие действительно защищает таким образом свои интересы, а не интересы одного лишь директора, то консенсус приносит щедрые плоды. Мы тогда получаем деятельное участие в жизни города со всеми вытекающими последствиями в плане повышения качества жизни местного населения. "Следует признать, что инициативы, исходящие от градообразующего предприятия действительно могут дать значительный толчок для развития территории" (13).

Итоги. Подытожим, что же требуется сегодня агломерации Горнозаводск-Пашия. Этому населенному пункту реально требуется союз из 2-3 сильных градообразующих предприятий, способных вести конструктивный диалог (1) с легитимной властью, утвержденной народным волеизъявлением, и (2) с "муниципальной группировкой" в лице ее аттрактора РОД "Горнозаводское направление" и прочих полномочных представителей (рабочих делегатов).

Теперь уже становится видно, что делать ставку на один лишь ПМЦЗ - невыгодно. Во-первых, его надо отбить у нынешней администрации. Во-вторых, его надо передать в собственность государства и модернизировать. Это требует массу времени, тонны денег и нечеловеческих трудов, а между тем пашийские жители кушать хотят уже сегодня. Стало быть, пока ситуация с ПМЦЗ находится в подвешенном состоянии, активные граждане агломерации обязаны (под началом РОД "Горнозаводское направление") позаботиться о появлении в районе других градообразующих предприятий, которые поддержат местную экономику и уравновесят экспансию администрации Пашийского завода.

Какие это могут быть предприятия? Вполне вероятно, что связанные с лесозаготовкой и деревообработкой. Но это - предмет отдельного разговора.

Д.Г. Ямской, апрель 2011 г.

  • 1 Меерович М.Г. Рождение соцгорода. Градостроительная политика в СССР 1926-1932. Иркутск, 2008
  • 2 Из истории Магнитогорского металлургического комбината и города Магнитогорска (1929-1941): сб. документов и материалов. Челябинск, 1965
  • 3 Михалев В. Объекты здравоохранения и отдыха предприятий в условиях перестройки промышленности. Париж, 1996
  • 4 Кабалина В.И., Сидорина Т.Ю. Предприятие - город: трансформация социальной инфраструктуры в период реформ. М., 1999
  • 5 Коммандер С., Шанкерман М. Структурная реорганизация предприятий и эффективность сферы социальных услуг. Париж, 1996
  • 6 Кабалина В.И., Сидорина Т.Ю. Указ. соч.
  • 7 Любовный В.Я., Кузнецова Г.Ю. и др. Пути активизации социально-экономического развития монопрофильных городов России. М., 2004. См. тж. в интернете: Любовный В.Я., Лычева Т.М. Монопрофильные города: проблемы развития и занятости. - http://www.dinform.ru/newanalit/main.asp
  • 8 Рябова О.А. Градообразующие предприятия как акторы локальной и региональной политики. Пермь, 2009
  • 9 Трифонов В.А., Лобанов М.М. Проблемы инновационного развития градообразующих предприятий в условиях монопрофильных городов. Юрга, 2006.
  • 10 Рябова О.А. Указ. соч.
  • 11 Там же
  • 12 Там же
  • 13 Там же


Источник http://gornozavodsk.su/biblioteka/publikacii/yamskoj-1.html

«Искра» © 2010—2011