С птичками проблемы, говоришь?..

Коллапс ПМЦЗ и экологический кризис в Горнозаводском районе

Стараниями СМИ и прочих излишне активных пропагандистов-волонтеров, усердно изображающих из себя «гринписовцев», российская общественность уверовала в бесконечно далекий от реальности миф о том, будто забота об экологическом благополучии ― это-де охрана каких-нибудь потешных маленьких пташек. Без пернатых, конечно, тоже не обходится, но не стоит так извращенно понимать задачи экологов. А задачи у них в целом те же самые, что и у врачей: найти причины болезни и подсказать методы лечения. Вот только масштаб деятельности разный. Когда медики имеют дело с проблемами индивида, экологам приходится лечить болезни целых городов и сел.

Поэтому в ходе анализа ситуации в Горнозаводском районе, тревожно близкой к экологическому кризису, нам придется обсуждать причины высокой заболеваемости здешнего населения, а никак не богатство местной орнитофауны. Хотя, правды ради надо признать, что сокращение биологического разнообразия в Пермском крае со временем нанесет серьезный удар по экономическим перспективам края, и пермяки еще ощутят это на себе, если не будут к подобному подготовлены.

Высокая заболеваемость пермского населения давно вызывает тревогу у специалистов самого разного профиля. По оценке эксперта в области геодемографической типологии Л.Ю. Чекменевой (ПГУ), в 2008 г. относительное число нездоровых людей в составе населения края достигло критической отметки 60%. Строго говоря, любая величина, превосходящая 10%, уже должна вызывать опасения, однако цифра «60» указывает на то, что достоверно свыше половины жителей региона страдают тем или иным заболеванием. Из Медико-экологического атласа Пермского края можно узнать, что определенному риску подвержены все жители индустриальных районов, хотя максимальный риск характерен для городов Пермь и Березники, а повышенный ― для городов Соликамска и Чусовой.

На первый взгляд ситуация в Горнозаводске не внушает особых опасений. Однако не будем забывать, что упомянутый атлас составлен в 2003 г., т.е. задолго до того, как Горнозаводск стал ускоренными темпами превращаться в могильник токсичных отходов. Сегодня весь район по уровню риска приблизился к названным выше четырем крупнейшим поселениям края. Темпы депопуляции позволяют зачислить все без исключения поселения района в сплошной юго-восточный сектор «мертвого приуральского пояса» ― колоссальной по протяженности зоны с исключительно высокой (от 10,1 до 50% и выше) убылью населения. «Мертвый пояс» охватывает весь восток края, протянувшись от Чердыни до Кунгура включительно (Меркушев С.А., Садовников А.В., ПГУ).

Причины такого стремительного изменения медико-экологической обстановки кроются, как это часто бывает, в экономике. А конкретнее ― в финансовом коллапсе Пашийского металлургическо-цементного завода, находящегося в этом районе (пос. Пашия). Формальная логика подсказывает, что спад производства подрывает материальное благополучие заводских рабочих, однако ухудшить экологическую обстановку на местности решительно неспособен, поскольку приближающееся к краху предприятие оказывает минимальный прессинг на окружающую среду. И тем не менее в криминальном бизнесе формальная логика не срабатывает.

Упомянутое предприятие, как всем известно в поселке Пашия, функционирует с заметным трудом. И тем не менее оно продолжает существовать и даже работать. Показушная суета позволяет руководству ОАО «ПМЦЗ», доведшему до банкротства один из самых передовых заводов Русского Севера, выбивать у государства деньги под реализацию всевозможных «программ» и других «прожектов». Тем самым отодвигается по времени неизбежное закрытие завода, его полное разорение и продажа заводского имущества за долги «с молотка». При этом, по стандартной «серой» схеме, львиную долю активов выкупят якобы по доброте душевной зарубежные акционеры, действующие на территории нашей страны через подставных лиц и стремящиеся в интересах западного мега-концерна «Еврофер» устранить мощного российского конкурента, каковым недавно являлся Пашийский завод.

Понятно, что создавая видимость кипучей деятельности, требуется заключать какие-либо сделки, искать источники дополнительного дохода. В том числе и на удовлетворение потребностей самой администрации. Во всем мире наиболее выгодным криминальным бизнесом для разорившихся предприятий, хозяева которых не желают реанимировать производственную базу, являются на сегодня операции с токсичными производственными отходами. В этом плане не стал исключением и ПМЦЗ.

В ноябре прошлого (2010-го) года прокуратурой Горнозаводского района была проведена проверка деятельности ПМЦЗ в формате экологического аудита. Есть искушение отмахнуться от результатов аудита, придерживаясь мнения, будто в прокуратуре ничего не смыслят по части охраны природы, зато любят проверять все и вся. Однако в данном случае отмахнуться не получится. Дело в том, что к проверке были подключены компетентные специалисты из различных государственных структур:

  • управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Пермскому краю,
  • Восточного территориального отдела Управления Федеральной службы по надзору в сфере прав потребителей и благополучия человека по Пермскому краю,
  • Межрегионального отдела по надзору в горнорудной и металлургической промышленности Западно-Уральского Управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору,
  • "ЦЛАТИ по Пермскому краю".

В ходе проверки были выявлены нарушения действующего российского законодательства, в том числе: Федерального закона от 30 марта 1999 г. №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», Федерального закона от 24 июня 1998 г. «Об отходах производства и потребления», а также некоторых санитарных правил и норм. Причиной нарушения экологического права на предприятии оказалось использование заводского шламонакопителя для захоронения весьма проблемного вида отходов ― железосодержащего концентрата 3 и 4 класса опасности.

Строго говоря, назвать железосодержащий концентрат отходами затруднительно, поскольку это весьма ценное сырье как для металлургической, так и для цементной промышленности, и называется оно модификатором. Железосодержащие модификаторы активно применяются в литейном производстве в качестве добавок. Хуже того, данное сырье является довольно дефицитным для нашей страны, отчего большие количества его закупаются в Казахстане и Украине. Получается печальная схема: кто-то закупает недешевый продукт, который другие выбрасывают на свалку, чтобы нажиться на этом. Но если бы страдала только экономика!

Железосодержащий концентрат в глазах эколога в самую последнюю очередь является сырьем, а в первую очередь ― активным экотоксином. То есть, если переводить с медицинского языка на общечеловеческий, это сильнодействующий яд, отравляющий окружающую среду. Экотоксины отличаются от обычных токсинов тем, что приносят ущерб здоровью не только людям, непосредственно работающим с ними на производстве, но и всем проживающим поблизости от мест хранения и/или переработки.

Экотоксины наносят массированные удары сразу по нескольким физиологическим системам организма: кровеносной, сосудистой, иммунной, пищеварительной, но преимущественно мочевыделительной. Почки являются мощными естественными фильтрами, которые очищают до 3 л крови за сутки непрерывной работы. Неудивительно поэтому, что через этот парный орган проходят все токсические агенты, проникающие в кровоток из окружающей среды. Каждый такой агент прочно связывается с трансферрином крови и проникает в почечные канальцы, где течение 10 мин. вытесняет ионы натрия и калия, нарушая процесс образования мочи.

Итогом отравления организма металлами становятся разнообразные заболевания почек, объединяемые под обобщающим названием эконефропатия с гематурией. Нелишне будет напомнить, что гематурией называется присутствие в моче эритроцитов по причине почечного кровотечения. Эконефропатия представляет собой экологически обусловленную патологию почек у жителей районов с сильным отравлением среды (воды, почвы) металлами. Для данной патологии характерны специфические признаки: высокая концентрация металлов в крови, лимфе и других биопробах из организма; наличие в моче белка (протеинурия), что свидетельствует о серьезном поражении почек; наличие следов крови в моче. Причем первоначально гематурия выявляется только в ходе микроскопического исследования, а затем, по мере прогрессирования протеинурии, кровотечение становится видимым невооруженным глазом, вплоть до того, что в моче заметны сгустки свернувшейся крови, имеющие вид бурых червячков (по форме мочеточников).

Из рекламы лекарств всем известно, что наилучшим является тот препарат, который действует на клеточном уровне. Соответственно среди ядов сильнейшим и опасным в силу необратимости последствий будет тот агент, который цитотоксичен, то есть наносит удар по органу на клеточном уровне. Металлы обладают выраженным цитотоксическим действием, нарушающим окислительный метаболизм клеток. Следствием подобного воздействия нужно назвать генетические, ферментативные и эмбриологические побочные эффекты.

Генетические эффекты выражаются в разрывах цепочки ДНК и появлении хромосомных аберраций, как называются отклонения в строении и числе хромосом, приводящие у эмбриона к тяжелым порокам развития вроде синдромов Дауна, «кошачьего крика» и проч. У взрослого человека подобные аномалии могут спровоцировать рост новообразований (онкологических опухолей). Ферментативный эффект объясняется тем, что металлы связывают SH-группы энзимов и тем самым снижают активность обменных процессов. Эмбриологический эффект сводится к поражению тканей не родившегося еще ребенка. Экотоксины крайне опасны для плода, поскольку вызывают у него недоразвитие многих жизненно важных тканей, что было убедительно доказано отечественным генетиком и педиатром Ю.Е. Вельтищевым в 1996 г.

У маленьких детей, проживающих в экологически неблагополучных районах, наиболее часты аллергические реакции со стороны почечной паренхимы, то есть иммунологически обусловленные заболевания вроде разнообразных форм гломерулонефрита. Исследования, проводившиеся в течение 1990-х гг. профессором М.С. Игнатовой, завотделом наследственных и приобретенных болезней почек Московского НИИ педиатрии и детской хирургии, показали, что частота болезней мочевыделительной системы у детей из районов, загрязненных металлами, как минимум в 2 раза превосходит среднюю встречаемость этих заболеваний среди детей.

Попутно было обнаружено, что нефропатии всегда отягощаются другими заболеваниями ― холепатией, вегетососудистой дистонией, аллергией, болезнями ЛОР-органов. При попадании в организм с пищей возможны рвота и другие диспепсические явления со стороны органов пищеварения вплоть до развития сидероза печени и селезенки. Но что самое страшное: двухвалентное железо и некоторые другие двухвалентные металлы обладают способностью активно выделяться с молоком кормящей матери, отравляя организм грудничка.

После всего сказанного неудивительно, что шламы металлургических предприятий рассматриваются экологами в качестве локальной техногенной аномалии, служащей серьезным источником поступления в воду и почву токсичных элементов (Стожаров А.Н., 2007). Использование шламонакопителей тщательно зарегулировано санитарным и экологическим законодательством с тем, чтобы поступления металлов из места скопления отходов в окружающую среду не превышали значения предельно допустимых концентраций (ПДК), установленных нормативами. Нарушать эти нормативы ― значит, не просто безразлично относиться к бабочкам и воробушкам. Хотя и их тоже стоит пожалеть. Но на самом деле всякое нарушение санитарных норм и правил при обращении с отходами производства является преступлением против здоровья сограждан.

Именно так и решили в прокуратуре, когда экспертами из перечисленных выше служб были выявлены следующие нарушения на территории шламонакопителя Пашийского завода:

  • у предприятия отсутствует паспорт на данный вид отходов;
  • хранение чужих либо собственных отходов указанного типа на территории шламонакопителя не предусмотрено лицензией или иной документацией;
  • ПДК металлов в воде реки Пашийка и болоте в 0,4 км от новой дамбы не соответствует ГН 2.1.5.1315-03 (см. протоколы лабораторных испытаний №№ 8966 и 8967);
  • заводом не проводится ежегодный радиологический контроль железосодержащего концентрата, являющегося источником ионизирующего излучения (гамма-лучи).

Примечателен и другой факт. Администрация ПМЦЗ пыталась представить дело так, словно закупаемый у ОАО «Ванадий-Тула» концентрат не является отходами, но предназначается для укрепления плотины шламонакопителя, в связи с чем ревизорам была предоставлены сомнительные документы без даты утверждения. Никакой утвержденной в обязательном порядке документации по укреплению плотины предоставлено так и не было. А кроме того, использование железосодержащего концентрата не предусмотрено ТУ 0798-005-12462473-2005. Следовательно, руководство завода не только подвергло риску жизни и здоровье местного населения, но и чинило препятствия прокуратуре в проведении расследования. А это говорит о том, что отходы хранились в шламонакопителе не по ошибке, не по невежеству и уж тем более не ради финансового спасения завода. Перед нами обычный криминальный бизнес.

Д.Г. Ямской, март 2011

http://periferic.h16.ru/birds.html

Читать также:

«Искра» © 2010—2011